"Мой лозунг - "ничего или всё". Или я живу так, как хочу, или пусть меня убьют. Не уступать: никому - ничего - никогда!". Эти слова фронтовика Эрнста Неизвестного в полной мере относятся и к его произведениям о войне, о которых рассказывает скульптор и искусствовед Гузель Галямова.
Выставка "Эрнст Неизвестный. Оттепель" в Свердловском областном краеведческом музее имени О.Е. Клера, 2020.
Реконструкция фрагмента выставки 1962 г. в Манеже. Фото: edu.en-artmuseum.ru
На выставке в Манеже 1962 года, приуроченной к 30-летию со дня образования МОСХ, сойдясь словесной баталии, Эрнст Неизвестный и советский руководитель Никита Хрущев спорили, можно ли представленное искусство называть советским в полном смысле этого слова[1].
О чем оно поведает народу? Граду и миру? Urbi et orbi, как говорят католики. Диссонанс с действительностью был в том, что искусство Эрнста Неизвестного было всеобъемлюще по своей сути. Без поучительности, но с пацифистским подтекстом, экзистенциализм как он есть, без прикрас и стилизаторства.
В 1946 году Жан-Поль Сартр, отец послевоенного экзистенциализма, провозгласил: "Экзистенциализм - это гуманизм»", и этот тезис обрел жизнь. Отечественные философы, в частности, Мераб Мамардашвили, с которым Эрнст Неизвестный был дружен, также приняли активное участие в философских дискуссиях начала 1950-х годов в Москве, связанных с началом так называемой "оттепели". Интеллектуальная и художественная жизнь казалось, вышла из оцепенения, искала себя в виде новых идей и форм их проявления.
Простой анализ трех работ Эрнста Неизвестного, представленных на выставке в Манеже в 1962 году, поможет оценить его пластическое новаторство и концептуальную глубину образов. Серия под емким названием "Война - это" (о войне в разных проявлениях) состоит из стилизованного женского торса под названием "Шаг", полуфигуры мужчины ("Раненый солдат") и композиции "Ядерный взрыв", посвященной недавно созданному оружию массового поражения.
Женский торс без головы рождает множество ассоциаций. Во-первых, это и палеолитические Венеры с гипертрофированными женскими чертами, но лишенные индивидуализма. Затем, такая пластика выделения половых признаков - широкие бедра, тонкая талия и объем грудей как венец композиции - представляет нам войну как некую стихию, подобно любовному чувству. "Сильна как смерть", - сказано в Библии. Только это стихия разрушения, а не созидания. И наконец, название композиции "Шаг" отсылает нас некоему ритуальному шагу, столь часто изображенному ваятелями древности, но, кажется, в интерпретации Неизвестного - это шаг в бездну.
Пластика "Раненного солдата" заставляет вспомнить целый ряд образов, начиная от Генри Мура с его скульптурными "прорывами»" поверхности и завершая более поздними образами Вадима Сидура. Но сама пространственная трактовка в виде блоков объема, скорее кубических, нежели обтекаемых органических форм, наделяет фигуру природной витальностью. Она как плоть от плоти земли, сама стихия жизни, которой нет преград. И даже увечье, отсутствие фрагмента торса не в силах заглушить призыв жизни. Солдат напрягает мышцы рук, сжимает кулаки, но бессильно поникает его коротко стриженая голова, как бы только приходя к осознанию собственного ранения.
Еще более оригинальна по композиции скульптура "Ядерный взрыв", которая скорбит и предупреждает одновременно. Первые испытания ядерных боеголовок в Хиросиме и Нагасаки показали человечеству мощь и разрушительную силу этого оружия. Атомная бомба как создание рук человека изображена в виде ладони с широко расставленными пальцами. Ее обрамляют полумаски человеческих лиц с застывшими гримасами ужаса, широко раскрытые невидящие глаза без глазниц и рты перекошены криком. Эрнст Неизвестный смог показать, как катастрофа преображает жизнь, ее суть - разрушение. Как в негативном фотоизображении меняется реальность, ее внешний вид и смысл.
В этих работах как в эскизах будущих произведений автора, где он смог реализовать себя как монументальный художник, уже заложены основные идеи его творчества: скорбь по утратам, призыв к миру, покаяние и вечная жажда жизни.
Гузель ГАЛЯМОВА
"САМЫЙ ПРАЗДНИЧНЫЙ ПРАЗДНИК"
В 1943-м скульптор Эрнст Неизвестный, родившийся в Свердловске (сегодня это Екатеринбург), окончил офицерскую школу в туркменском городе Кушка. С 1944 года он воевал в составе воздушно-десантных войск 2-го Украинского фронта.
- Эрнст Неизвестный, - рассказывает Лев Фадеев, директор Свердловского областного краеведческого музея имени О.Е. Клера, - прошел много стран и городов, а в апреле 1945-го получил тяжелейшее ранение, освобождая Австрию. Он повел в атаку своих солдат, чтобы забросать гранатами немцев: убил 14 фашистов. Они бежали прямо на противников, те, естественно, стреляли, так Эрнст Иосифович получил множество пулевых ранений. У него были повреждены внутренние органы, позвоночник. Как он сам вспоминал, пережил даже клиническую смерть. Его уже начали спускать в подвал, где лежали тела убитых солдат, но раскололся гипс - он почувствовал сильную боль, и это вернуло его к жизни…[2]
В обстановке фронтовой неразберихи врачи сочли Неизвестного погибшим и отправили похоронку его родителям, жившим в Свердловске. Слава богу, с войны Эрнст Неизвестный пришел. Инвалидом 2-й группы, три года ему пришлось ходить на костылях.
В 1953-1960 годах гвардии младший лейтенант Эрнст Неизвестный, кавалер ордена Красной Звезды, медалей "За отвагу", "За взятие Будапешта" и "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.", выполнил серию из четырех скульптур "Война - это", которые можно считать первым экспериментальным опытом молодого художника в пластическом искусстве.
По словам того же Льва Фадеева, в этих работах "мастер обратился к приему деформации, изображая боль через драму человеческого тела: люди будто бы становятся единым целым с металлом, который проникает в их плоть. И здесь читаются не только страдания, боль, но и сила человеческого духа, стремление к жизни - все то, что пережил и чувствовал сам художник".
А вот что говорил о войне сам Эрнст Неизвестный:
- Исходным опытом, который заставил меня по-новому взглянуть на искусство, в том числе и на скульптуру, была война. В войне (в особенности для тех, кто в ней участвовал) была очевидна некоторая хотя и античеловеческая, но становящаяся частью людей и заставляющая их убивать друг друга сила. Война - это чужеродный элемент в живом, ведущий его к смерти… Соотношение жизнь-смерть было для меня в первые годы работы почти навязчивой идеей… Жизнь-смерть - это максимально напряженное внутренне отношение…[3]
Несмотря на весь экзистенциальный ужас такого мироощущения, Эрнст Неизвестный все же однажды сказал, что для него День Победы - "один из самых праздничных праздников", "чувство, которое описать словами невозможно":
- Я праздную Победу, в которой я участвовал. И вместе с тем, я невольно оплакиваю людей, которые ушли, которые отдали свои жизни. Победа - это великий праздник. Победа - это величайшее событие. И в истории ХХ века, и в моей жизни.
Лев КУЛАКОВ
"Ядерный взрыв", 1957. Бронза, 40,6х55,9х25,4 см. Свердловский областной краеведческий музей имени О.Е. Клера.
Фото: Художественный музей Эрнста Неизвестного
"Мертвый солдат", 1957. Из серии "Война - это". Бронза, дерево, 12,5х40,5х7,5 см.
Фото: паблик "Современный театр (Вконтакте)
"Шаг", 1960. Из серии "Война" - это". Бронза, 31х23х10 см.
Свердловский областной краеведческий музей имени О.Е. Клера.
Фото: Художественный музей Эрнста Неизвестного
Фото: Художественный музей Эрнста Неизвестного
"Раненый солдат", 1962. Из серии "Война - это". Бронза, 15х18х10,5 см.
Свердловский областной краеведческий музей имени О.Е. Клера.
Фото: Художественный музей Эрнста Неизвестного
Фото: Художественный музей Эрнста Неизвестного
"Солдат, пронзаемый штыком, 1956. Из серии "Война - это". Бронза, камень.
Государственная Третьяковская галерея, Москва. Фото: galik-123.livejournal.com
Скульптор Эрнст Неизвестный (cлева) и Первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущёв на выставке в Манеже в 1962 году.
Фото Александра Устинова
[1] Если это и был спор, то очень хамский со стороны советского лидера. Н.С. Хрущев не стеснялся в выражениях, назвав участников выставки в Манеже "мазилками" и даже "педерастами". "За издевательство над народом" Никита Сергеевич громко пообещал всех этих "абстракционистов" "посадить и отправить на лесоповал". Возражать Хрущёву осмелился лишь Эрнст Неизвестный, который сам подвел его к своим работам. Несмотря на ругань, общение, как вспоминал скульптор, закончилось словами Хрущёва: "Вы интересный человек, такие люди мне нравятся, но в вас одновременно сидят ангел и дьявол. Если победит дьявол, мы вас уничтожим. Если победит ангел, то мы вам поможем" (Прим. сайта ОМС).
[2] Из интервью Льва Фадеева "Областной газете", 9 апреля 2025 года.
[3] Цитата приведена на сайте Художественного музея Эрнста Неизвестного (en-artmuseum.ru).